Славная кираса со знаком тигра

Славная кираса - Предмет - World of Warcraft

И тигра он убил, как сказали крестьяне, двумя ударами шпаги. .. Я немного знаком со многими так называемыми чудовищами и Сколько лет прошло - но никто из тех, кто участвовал в той славной битве, не забудет ее. может составлять существенную часть доходов работяг кирасы. Аналогичный знак использовался и в армии Российской империи. стилизованное изображение «Кавказского креста» – славные исторические Поверх всего - идущий золотой тигр с червленым языком. Боевой защитный комплект БЗК Пермячка разработки ЗАО Кираса главный конструктор Сергей. Славная кираса Становится персональным при надевании Грудь Латы Броня: со знаком тигра (шанс %).

Потому что он мог бы ею подавиться! Он еще и умом скуден, так что просто не способен понять свою ущербность И игрушку отобрали, и еду.

И не был. Положим, вы из хорошего теста слеплены, значит, на самом деле еще старше. Вы никогда не задумывались о том, чтобы жениться? Может, женюсь, если боги позволят - но это будет еще не.

Потому что Таэль, которую он любил, даже не надеясь еще когда-то увидеть, спит беспробудным сном где-то в недрах неприветливых гор. И спать ей еще лет пятьдесят: Почти что чудодейственный состав Древних не имеет ничего общего с магией - трое лучших целителей солнечного народа, как называют себя высшие эльфы, уже расписались в своем бессилии.

И теперь ему, Зервану, предстоит еще долгих пятьдесят лет ждать, чтобы воссоединиться со своей любимой. И он будет ждать. Ночь за ночью, год за годом, десятилетие за десятилетием, ждать и любить, как до этого безнадежно любил более семидесяти лет. Но теперь у вампира хотя бы есть надежда, к тому же, какое у него право жаловаться?! Ведь именно он и напоил свою любовь таинственным снадобьем, способным бросить вызов времени Не самый завидный жених, одним словом.

Вы явно не робкого десятка - такие люди всегда в цене. Да еще и плащ ваш тигриным мехом подбит. Не вы ли на днях укокошили огромного людоеда двумя взмахами клинка? Вам прямой путь ко двору короля.

Не только эренгардского - любого другого. Даже если за вами числятся грешки - а я не спрашиваю о вашем прошлом - всегда можно найти монарха, которому нет дела до того, кто вы, но который оценит, какой. Ближайшие полсотни лет я проживу сам по себе, никому не служа За долгие годы я уже так привык быть свободным, что вряд ли смогу жить как-то иначе Он вдруг запнулся на полуслове.

Другой наблюдатель не заметил бы мелькнувших среди деревьев теней - но вампиру незваные гости казались хорошо освещенными светлыми пятнами. Тепло тела - вот то, чего ночь не может скрыть от глаза ночного охотника-вампира. Умело прячет либо и вовсе не боится - а стоило. Хотя она, конечно, пока еще не видит, как слева и справа появились и скользят вдоль дороги четыре стремительных, быстрых силуэта. Не делайте ненужных резких движений без нужды.

Но если крикну - бегите прочь. Да только человеку не убежать от баньши. Так что уж будем вместе до конца За вами никто не погонится - они будут заняты А пока делаем вид, будто не замечаем.

Хотя какое там не замечаем. Девушка вертит головой во все стороны, ее пальцы уже готовы выхватить из рукава кинжал. Баньши, конечно же, тоже видят это и понимают, что обнаружены. Вот один выходит на дорогу прямо перед Зерваном: В руке покачивается дубинка, лицо мрачное. Должно быть, первый раз вышел на охоту. Трое остальных, такого же роста, но чуть постройнее - видимо, женщины - страхуют собрата по несчастью, но пока не вмешиваются.

С яростным воплем он бросился вперед, словно жалящая змея. Предостерегающий окрик из кустов, рывок Зервана и неуловимое движение рукой - все произошло в одно мгновение. Вампир поднырнул под руку нападающего и мощным толчком сбил его с ног.

Дубинка покатилась по земле. Но баньши оказался на редкость быстрым. Он оказался снова на ногах за время, которого хватило бы разве только, чтоб моргнуть. Зерван выбросил ему навстречу руку с раскрытой в пародии на приветствие ладонью и крикнул хлесткое, резкое слово. Он видел, как противник, мгновенно сориентировавшись, попытался сложить пальцы в защитный глиф - но поздно! Невидимая тугая волна сбила баньши с ног и отшвырнула прочь на добрый пяток шагов. На дорогу выскочила стройная женщина-эльф, уже размахиваясь дубинкой, тоже лунная, судя по одежде.

По цвету лица уже не определить, была баньши до обращения лесной или лунной: Проклятье вампиризма уравнивает всех - и людей, и эльфов. Еще две женские фигуры появились на дороге, обе с луками и колчанами за плечами. Одна из баньши приблизилась на расстояние, чуть большее, чем удар клинка, и чуть склонила голову набок: И в Эмельнейме, и в зордарских лесах. Вампир проследил, как баньши уходят в гущу леса, уводя незадачливого товарища. Увы, в этот раз особое приветствие не сработало так, как обычно - но все равно, больших неприятностей удалось избежать.

А что узнали сразу - это уже чуть похуже Старшая, уходя последней, внезапно обернулась и крикнула вдогонку: Тальдира идет за тобой! Далеко-далеко, в Витарне, другая баньши, Сейинхе, Песнь Ночи, точно так же ходит по ночам разбойничать, в поисках крови. Кто знает, как она там? Конечно, Реннар Справедливый с некоторых пор запретил охоту на баньши в своем королевстве, да только ночной промысел баньши от этого безопасней не.

Зерван повернулся к Каттэйле - та стояла на том же месте, держа в руке по кинжалу и поставив лампу на землю позади себя - трюк опытного бойца. Мы можем идти. Я думала, они призраки А охотник должен знать все о своих возможных врагах. У вас концы с концами не сходятся. Эта девчонка ох как не проста. Умна и наблюдательна, за словом в карман не лезет. Я немного знаком со многими так называемыми чудовищами и знаю, кто из них действительно мерзкая тварь, а кто -.

Видите ли, эльфы, как и люди, могут заразиться вампиризмом через укус. Но сами уже не могут заразить никого. Не знаю, почему так, но это факт.

Но, в отличие от вампиров-людей, никогда не засасывают жертву насмерть - тогда они будут считаться проклятыми среди эльфов. А что пьют кровь Они и сами жертвы людей - так кому, как не людям, расплачиваться за это некоторым количеством крови? Если поприветствовать так встреченного баньши, он подумает, что вы тоже вампир. Как я уже говорил, проклятие вампиризма приходит к эльфам от вампиров-людей.

И потому никого баньши так не ненавидят, как. Вы сами видели реакцию на мои слова. Назвались вампиром - будьте готовы сражаться насмерть. Так что обычно разумнее не сопротивляться и потерять немного крови, а пытаться обмануть можно, только если вы в состоянии дать отпор эльфу-вампиру.

Каттэйла некоторое время молча шагала рядом, обдумывая услышанное, затем спросила: Она вас как-то по-особенному назвала И кто такая Тальдира? Я с ними предпочитаю дружить, и они меня хорошо знают Даже прозвище вот дали. Тальдира - мой смертельный враг.

Славное оплечье

Но все это мое прошлое - пускай оно и останется моим. Зерван едва заметно скривился. Городская леди, безусловно, купилась бы на его басни. Вряд ли, ох, вряд. Знает ли о том, что Зэрувиэль - прозвище все того же да Ксанкара, о котором она так наслышана?

Что ж, можно считать, что маскараду пришел конец. Интересно, сообщит ли девушка о нем страже в Морхолте? Не исключено, редкому человеку свойственна благодарность. И что хуже всего, Каттэйла и сама может быть одним из охотников, идущих по его, Зервана, следу.

Зиборн наверняка подрядил десятки их, и вся эта голодная до золота братия запросто может работать вместе: Да, все очень даже сходится: Проклятье, неужели эта чертовка, прикинувшаяся пушистой комнатной кошечкой, уже просчитала своего спутника и теперь бессовестно использует против него его же слабости? Лес закончился, сменившись засеянными полями, вдали показались огни на стенах Морхолта.

Отсюда не больше шестидесяти верст напрямик до многолюдного блистательного Эрнхолдкипа - столицы Эренгарда. Лучше укрытия не придумать: Тем более что уж куда-куда, а в город людей Тальдире нет пути: Ворота города заперты, но у калитки стоит четверка стражников. Точнее, стоит один, остальные режутся в кости, рассевшись вокруг пивной бочки.

Если за этим занятием их застукает сержант, подумалось вампиру Хотя - не застукает. Время-то далеко за полночь, дрыхнет сержант в караулке.

Расслабились солдаты и сержанты в самом сердце Эренгарда, страна уж двадцать лет как настоящей войны не знала, а у самой столицы вражеский сапог лет триста не ступал. Но если права Каттэйла насчет реваншистских настроений Саргона Телмарского - все может измениться, в ближайшее время притом.

Стражник у ворот молча махнул рукой в сторону калитки, ни о чем не спросив - ни кто такие, ни зачем в город пожаловали, да еще ночью и пешком. Хотя он-то люду всякого навидался, должно быть, так что женщина в теплом плаще в сопровождении мужчины в добротной куртке, притом оба с аристократическими чертами лица - не самые подозрительные субъекты.

Таким вопрос задай - оскорбятся. Даром что бедны, словно мыши храмовые - а гонору у благородных всегда в достатке. Нужны ли простому стражнику неприятности? Морхолт - тот еще муравейник. Тысяч на двадцать люду, преимущественно крестьяне да ремесленники - последних тут слегка поболе, чем в других городах таких же размеров.

Оно и понятно - столица под боком. Лавка или кузница в Эрнхолдкипе стоят немалых денег, да подати в столице покруче будут - самые умелые и искусные мастера там обретаются, с них есть чего в казну слупить.

А остальные, чьи изделия попроще да подешевле, живут вокруг, в близлежащих городах, а товары свои возят на базар в столицу - лучше рынка сбыта не придумать, Эрнхолдкип - это добрых шестьдесят тысяч только местного населения, приезжие в столицу да купеческие караваны - отдельный разговор.

А еще множество люду приезжает на ярмарки - дабы скупиться подешевле. И вся эта человеческая масса хочет есть, пить, одеваться, им требуются предметы бытового обихода, некоторым - еще и роскоши А изделия местных, столичных мастеров, многим дороговаты. Так что столица большого государства была, есть и будет лучшим рынком сбыта не только в самом Эренгарде, но и на многие версты.

И то Кор-Гал за морем. Ну и Витарн - страна маленькая, но с очень развитой торговлей. Остальные соседи - королевства и того меньше, откуда там взяться настоящей торговле? Каттэйла быстро провела вампира по узким улочкам в предместье и остановилась у небольшого, но опрятного домика, притаившегося между двумя помпезными купеческими хоромами. Не окажете ли честь зайти в гости?

Так что уж не обессудьте - но я должен идти. К тому же, я нигде не могу остановиться - враги дышат мне в затылок. Я не могу подвергать риску других - а тем более. Мои враги безжалостны, к тому же - они мои и. Я сам нажил их, зная наперед о последствиях - мне и ответ держать. Девушка вернула ему плащ. Но я надеюсь, мы еще встретимся, сэр Зерван. Идите же, вы устали с дороги. Я подожду, пока вам откроют, и пойду своим путем.

Каттэйла вздохнула, и в ее глазах вампир заметил что-то, похожее на сомнение. Девушка повернулась, подошла к двери и трижды постучала. Меньше чем через минуту ей открыли. Зерван увидел, как Каттэйла повернулась к нему, помахала на прощание рукой и исчезла в доме, затем повернулся и двинулся обратно к воротам.

Итак, девушку определенно ждали - очень уж быстро открыли дверь. Вампир даже немного удивился, когда оттуда не выскочила толпа вооруженных охотников за головами - он был готов к такому повороту. Хотя, возможно, это значит лишь, что охотники хитрее, чем он. Ну ладно, Зерван и сам не лыком шит, за свои сто пять лет он тоже выучил немало хитрых трюков.

Он быстрым шагом двинулся обратно к воротам, через которые попал в город. Стражник слегка удивился, завидев Зервана так быстро вновь, но уже в следующий миг его глаза прилипли к серебряной монете, которую вампир демонстративно подбросил в воздух и поймал.

Купец по имени Вирро Ремзин. Он младший сын виконта Ремзина, состоящего в Совете Благородных! Ростом мал, да еще и болезный с виду. Позор семьи, да что ж поделать, и ему надо кем-то быть и как-то жить. Вот он и торгует, возит товары из Телмара. Зерван кивнул и бросил монету стражнику, который ловко ее поймал и спрятал, под завистливыми взглядами товарищей. Итак, купец, торгующий с Телмаром, подумал вампир, шагая во тьму по той же дороге, по которой пришел.

Вариант с прикрытием для охотников отпадает, но сама Каттэйла охотником вполне может. Что ж, осторожность никогда не бывает чрезмерной. Удалившись на версту, он свернул с дороги в поле и обогнул город с севера, вышел на другую дорогу и вновь двинулся к Морхолту. Предполагаемые охотники, если Каттэйла связана с ними, проверят, что вампир действительно покинул город, как и.

Он вошел в город через другие ворота, с такими же четырьмя не лезущими не в свои дела стражниками. Уж где-где, а в Морхолте его точно не будут искать. А даже если и будут Вампир решительно выбросил из головы все мысли об охотниках. А Каттэйла все-таки прелесть, вот только почему душа ноет в предчувствии беды? Вековые деревья, закрывшие разлапистыми ветвями солнце днем, а теперь и обе луны, густой кустарник, протоптанные зверьем тропки и давящее чувство скованности.

Топором не размахнуться, чтоб не задеть что-нибудь, дальше своего носа ничего не видать. Все равно, что брести в потемках - да только в широких степях даже ночью ноги не спотыкаются о корни, кусты не хватают за рукав В лесу ночью куда темнее, чем в степи, к сожалению. Пошла уже вторая ночь путешествия по лесам эльфов - хотя как раз хозяев этого края не видать, ни ночью, ни днем.

А ведь это совсем плохо: И идут следом за ним, следят исподтишка, не понимая, что творят. Ведь мертвым не должно находиться среди живых - и точка.

Так гласит обычай, старый, словно само время - и считается, что живые также должны избегать мертвеца. Но что, если живые просто не знают и в неведении не позволяют несчастному выполнять этот обычай?

Предки не будут слушать никаких оправданий - кому какое дело до стенаний никчемного слабака? Впереди послышалось журчанье - ручей весьма кстати пришелся. Да, в лесу тень, нет жгучего солнца и иссушающего ветра - но пить все равно надо, пусть и реже. Вскоре кусты расступились, открывая не только ручей, но также маленькое лесное озеро, даже крошечное: Правда, разбег тут негде взять - да и зачем?

Это живые прыгают с разбега в воду - им весело Вода приятно освежила тело. Можно будет идти хоть до утра - да только куда? Тропинка, на которую возлагались большие надежды, закончилась: Как сориентироваться в лесу тому, кто в нем впервые?!

Лес - гиблое место, это знает любой мальчик народа степей. Старые мудрые шаманы не зря вбивают в буйные головы простую истину: В лесах водятся те еще твари - трофеи достойные, да только трофей такой если и добудешь - все равно не похвастаешь. Войдешь в лес - не воротишься. Если даже солнца не видать - как тут поймешь, куда идти? К тому же лес не любит чужаков, и если с обитателями его управиться можно, то с самим лесом не сладить: Только эльфы тут как дома, но они ведь и есть дети леса.

Какой родитель будет обижать своих чад? Он погрузился в воду по самую шею, стоя посреди озерца - мелкое. Другим было бы по самую макушку, но ему лишь до подбородка. Интересно, почему дно вымощено камнем? Откуда посреди седого, дремучего леса взялись камни в озере? Любопытство на миг прогнало смертельную тоску, и он двинулся вдоль берега по кругу, внимательно рассматривая траву и почву у самой кромки воды. Подтверждение догадке нашлось сразу: Маленький след, ножка аккуратная, видимо, женская, след свежий - с вечера, должно.

Купальня эльфов, обустроенная посреди лесной поляны у ручья. Дело приняло на редкость скверный оборот. Еще можно было бы что-то блеять в свое оправдание, если б ушастые втихаря шли за ним следом, но теперь-то что?! Теперь уже даже на эльфов не свалить вину. Мертвым нет места среди живых - а он, вместо того, чтобы чтить этот непреложный и не терпящий исключений закон предков, попросту вломился в чужую купальню - причем в купальню живых. Не говоря уже о том, что даже живому так вести себя непозволительно, а что скажут здешние хозяева, если узнают, что в их озерце помылся мало того что чужак, так еще и мертвец?!

Он быстро оделся, подхватил свой топор и двинулся сквозь кусты, не разбирая дороги Конечно, старый гро-Бакхг говорил ему, что в лесу на территории Эренгарда все ручьи должны течь на юг. И правда, к ручью тропа шла почти под прямым углом, и ручей течет справа налево, значит, направление все еще правильное, на запад. Еще день-два пути - и лес должен смениться полями. Моара, двоюродная сестра и почтенная шаманка заодно, бывала тут не раз, она вообще очень часто путешествовала неизвестно зачем в страну людей под названием Монтейн, куда ездила через Эренгард: Так что скоро эльфийский лес должен уступить место полям людей.

А поле - та же степь, только с травой по пояс. Вскоре обнаружилась новая тропка, примерно в нужном направлении проложенная к тому же, но стоило пройти по ней пару сотен шагов, как впереди послышался шум.

И не шаги, и не голос, и не дыхание. Шуршание, скорее, тихое и ритмичное. А, что толку гадать?! Змея или какое другое существо - сейчас станет ясно И в следующий момент впереди из тени навстречу плавно вышел эльф, тоже явно полный решимости выяснить, кто это топает, нимало не прячась, по тропинке.

Брови эльфа поползли вверх: А за ним уже виднеются выпученные глаза идущих за ним следом эльфов помоложе Определенно, стоило тогда сжать зубы и промолчать в ответ на роковой вопрос судьи Ни мучительного, бесконечного пути в никуда, ни многократных нарушений незыблемого закона Мертвым нет места среди живых Мертвым не положено смотреть на живых Все это уже нарушено.

И сказать в свое оправдание на суде предков будет совершенно нечего, в конце концов, оправдание есть признание вины. Он шагнул в сторону и так и остался стоять спиной к тропинке, лицом к густой чащобе, закрыв. Просто представить себе, что его тут. Что эльфы не видят его, что вековечный закон не нарушен А о том, что будет, если они сейчас заговорят с ним, лучше не думать. Послышался короткий возглас, прервавшийся отрывистой, резкой командой идущего во главе воина.

И тишина, только едва слышны мягкие шаги приближающихся эльфов Никто ничего не сказал. Эльфы гуськом шли мимо, не говоря ни слова ни ему, ни друг другу Старший сразу все понял, только завидев, как странный отощавший орк в грязной, изношенной, некогда праздничной одежде отворачивается от них и сходит с тропы. И запретил своим спутникам говорить с чужаком, а может быть, даже и смотреть на. Он испытал чувство глубокой признательности к длинноухим, особенно к их предводителю.

Что и говорить, они его выручили, крепко выручили Изгой постоял так еще немного, затем, понимая, что совершает еще одно чудовищное преступление, скосил глаза вслед уходящим эльфам. Так и есть, идут, сосредоточенно глядя в затылок товарищу впереди. Вот теперь стоит убраться, да побыстрее, пока еще на кого-то не наткнулся. Конечно, после этой встречи эльфы точно будут знать, что в их озерце искупался покойник. Проклятье, какое оскорбление и им, и предкам Чуть дальше над тропой нависает дерево - это его ветки шуршали, задевая одежду эльфов.

Славный щит - Предмет - World of Warcraft

Прочь отсюда, да побыстрее Вот только куда дальше идти? Да и вообще, почему эльфы оказались в таком глухом месте, наверняка вдали от своих троп и поселений?! Эти-то вовсе не купаться шли. На миг прикрыть глаза, вспоминая Луки у двух или трех.

Остальные с парой сабель.

Маленький Диванный Тигр. Улан. Танец на лезвии клинка

Нет, это не патруль. Это боевой отряд, но навряд ли эльфы собираются напасть на людей - идут не в ту сторону, да и на войну с людьми берут луки.

  • Славный щит
  • Славные башмаки
  • Славные ножные латы

С кем могут воевать эльфы в своем же лесу?! Он открыл глаза и на миг остолбенел: И прямо посередине сидит большой седой волк с зеленоватой шерстью. Отвернуться, как можно быстрее отвернуться! Конечно, это никакой не волк. Старый шаман гро-Бакхг, из-за своей привычки натирать седую шевелюру листьями мяты, всегда казался зеленоватым. И даже когда он обращался в степного волка, этот волк тоже выглядел таким же, так что и в этом обличье старого шаманы легко узнавали все, в том числе бывший ученик.

Вот только что делает почтенный гро-Бакхг здесь, в этом лесу, далеко от дома?! И тут же в голове молнией мелькнула мысль: Он повернулся к волку вновь и моргнул: За прошедшие дни он, оказывается, успел отвыкнуть от собственного голоса.

Все-таки, как хорошо, что старый шаман вернулся из города предков: Волк чуть наклонил голову набок, затем поднялся с земли и неспешно потрусил, прихрамывая, по левой тропе. Да, никаких сомнений, это шаман: Вот только зачем гро-Бакхг вернулся за ним? Кто знает, ведь он всегда был загадочным, всегда знал больше, чем. И теперь, уж если шаман пришел из страны предков - то обязательно знает, для. И потому его любимому ученику знать незачем, достаточно просто идти следом.

И когда придет время - все станет на свои места. Он забросил топор на плечо и двинулся следом за седым волком: Стоит на миг расслабиться - и перед глазами вновь стоящая на отшибе палатка старого шамана, покрытая витиеватыми узорами, несколько шестов с черепами степных львов, тролля, медведя и еще нескольких тварей поменьше, каждая из которых имела неосторожность сойтись в поединке с гро-Бакхгом, когда тот был молод или не.

Сам шаман сидит у очага, помешивает что-то в маленьком котелке. Помешивает и приговаривает слова заклинаний, чертит пальцем знаки на закопченном пузе котелка, рассказывает что-то в перерывах между заговорами. Хорошее было время, полное мечтаний о сражениях, подвигах, славе Тогда в мальчишечьей голове была даже не вера - а знание. Знание того, что все это непременно случится - и подвиги, и слава. Слава, великие деяния - все это.

Один только бой с горным львом чего стоил. Дети Камня тогда долго пытались убить зверя, режущего их скот - да только никак не могли поймать. Уж больно хитрый был хищник. Узнал о льве, пошел и убил. Казалось, сами предки вывели его прямо к новому логову твари.

И был жаркий, но быстрый бой, и раны от когтей на груди, и двойная победа: Мевара, Мевара, зачем ты тогда так неосторожно выбрала себе в мужья такое жалкое ничтожество?! Почему не разглядела сквозь могучие грудные мышцы трусливое заячье сердце? Волк остановился, прервав горестные мысли своего бывшего ученика. Взглянул вдоль тропы и словно сделал приглашающее движение головой.

Кусты расступились, открывая взору небольшую полянку и омерзительную тварь посреди. Чудовищная, гадкая помесь волка и двуногого прямоходящего существа Теперь это склонившийся над растерзанной тушей овцы оборотень-волкодлак. Про оборотней старый шаман знал немало - да про кого он знал мало?!

У всех - даже у людей и дварфов. И у каждого зверь этот свой, и характер у него тоже. В каждом разумном существе всегда просматриваются черты зверя - и если уметь, можно слышать его голос у себя внутри Но нужно признать, что эта цивилизация касалась только внешних, чисто материальных сторон быта, а духовная жизнь в течение этих тысячелетий двигалась очень медленно.

Прекрасной характеристикой тех нравственных понятий, которые являлись результатом прожитых тысячелетий, может служить одна из ассирийских надписей, в которой царь Ашшурбанапал хвалится своими воинскими подвигами, совершенными в возмутившейся против него провинции Ассирийского царства.

С ассирийского рельефа начала VII. Наиболее оживленной оказалась узкая береговая полоса земли на северо-западе Сирии - Финикия - в которой исстари накопленное богатство служило материалом для изобретательности и оборотливости смышленого населения. Финикийцы, правда, уже встречали в западных морях значительную конкуренцию со стороны эллинов, и эта конкуренция способным и подвижным народом могла бы быть очень полезным двигателем цивилизации, побудить финикийцев к новым усилиям и к новым успехам.

Но чтобы подобное поступательное движение стало возможным, в народе должно существовать известное духовное начало, а это духовное начало, главным образом, дается ему его религиозными верованиями: Но религии Востока к концу периода не могли оказывать никакого влияния на нравственное развитие человека: В религиях сирийских народов - в культе Баала, Инанны и других его многообразных видоизменениях - нет даже зародыша каких бы то ни было нравственных начал Все религиозные обряды сводятся здесь к угождению самым разнузданным страстям человека, к поощрению самых грубых его инстинктов.

Поднять человека выше обыденных побуждений его жизни подобные религии не могли; напротив, они вынуждали погрязать в них и находить оправдание разврату и распущенности нравов в обрядах богопочитания. То же видно и у ассирийцев, и у вавилонян, у которых религиозные воззрения были неразрывно связаны с проявлениями воинственности, с инстинктами кровожадности и разрушения.

Бог войны Ашшур и богиня войны Иштар занимают главное место в этих верованиях. Все остальные божества, благие и грозные, стоят у них в непосредственной связи с военными подвигами; чистого, высокого представления о божестве, вне этих человеческих и материальных побуждений, они не имели. Все, представленное в их надписях, дышит гордостью и жестокостью победителя, и даже тогда, когда вавилоняне вновь выступили на первый план, видно, что нововавилонские правители проявляют больше мягкости и человечности в приемах управления, но нет в народе никакого движения вперед в духовном развитии, основанном на более чистых религиозных воззрениях.

Только у одного из семитских племен встречаются более чистые и более возвышенные религиозные воззрения - у израильского народа; и в прямой противоположности с остальными народами у израильского народа религиозные воззрения постоянно идут вперед путем свободного и возвышенного развития. Его религиозные верования были достоянием не одного какого-нибудь сословия или немногих избранных, а достоянием целого народа, несмотря на то, что он временно поддавался влиянию окружавшего его язычества.

Однако же ни израильскому народу, ни его неумелым вождям и в голову не приходила мысль о том, что они когда-либо могли поделиться своим сокровищем - своей религией - с другими народами.

К тому же, в век Навуходоносора израильский народ был как бы заживо погребен в "Вавилонском плену" и о его влиянии на другие народы не могло быть и речи. Пленные жители Палестины на строительстве дворца в Ассирии. Арийское племя Движению человечества вперед толчок был дан совсем другим народом, о котором до того времени лишь вскользь упоминалось среди множества других племен, покоренных и подвластных ассирийским и вавилонским государям. На восток от Евфрата и Тигра простирается страна, совсем не похожая на обширные и плодоносные равнины Месопотамии или на местности Сирии и Малой Азии; страна, которую греки обычно называли Верхней Азией, в противоположность Нижней Азии - западной части Передней Азии.

Это горная страна альпийского характера, ряд плоских возвышенностей с довольно высокими горными окраинами и с некоторым уклоном к середине, занятой обширным водным бассейном - озером Хамун. Эта восточная часть Передней Азии, не орошаемая никакими большими реками, вроде Тигра и Евфрата, находилась во владении особого племени или, вернее, многих племен, которые существенно отличаются от семитских племен и, вероятно, развились под совершенно другими условиями; в настоящее время это племя известно под общим названием арийского.

Оно более близко к народам нынешней Европы, нежели семитское племя, и потому его история с самого начала более понятна, нежели история семитов. Слова, которыми обозначается множество общеупотребительных понятий и отношений, представляют собой новые формы, новые видоизменения тех же звуков, которыми эти первобытные арийцы, за много тысяч лет, обозначали те же предметы.

При помощи сравнительного изучения языков арийского корня, их строя и способов выражения, в настоящее время наука достигла того, что появилась возможность определить и характер, и уровень культуры арийцев - отдельных единиц или целых групп, целых племен и народов - до их выселения с первобытной родины. Переселение восточной ветви арийцев Первоначально переселение арийцев происходило в восточном направлении; а затем через проходы громадных гор они двинулись на юг, в страну, с северо-запада орошаемую Индом и его притоками.

В теплой, обильной водами стране Пятиречья арийцы разрослись в большой народ, постепенно заселили и бассейн Ганга, и затем распространились по всему громадному полуострову Индии как народ преобладающий и господствующий.

Они достигли здесь чрезвычайно оригинального развития, которое для истории Восточной Азии имеет весьма важное значение и интересно само по. История их духовной жизни, их религия, литература составляют теперь весьма важную отрасль изучения истории человечества; но на западный мир эти арийцы не оказали никакого влияния, и, в свою очередь, очень поздно подверглись влиянию западных народов.

Итак, эти восточные арийцы, из которых около г. Западная же ветвь арийцев, оставшаяся в западной части их древнейших поселений, оказывается при своем выступлении на историческую сцену уже раздробленной на множество племен: Как и при каких условиях образовались эти племена, неизвестно, и долгое время сведения о них ограничивались лишь известиями, которые сообщают греки о самых западных из числа этих племен, а именно о мидийцах и персах.

Но лет 40 тому назад были разобраны драгоценные надписи, уцелевшие от династии Ахеменидов, и они-то, в связи с открытой в конце прошлого века Зенд-Авестой отрывками священных книг этих западных арийцевпроливают хоть какой-то свет на их первоначальную историю, а в связи с изучением древнейших религиозных представлений родственных им индусов позволяют проследить их историю, хотя бы в общих чертах, почти до г.

Религия Заратуштры Оказывается, что северо-восток Ирана, страна, лежащая на юг от верховьев Окса, Бактрия прежде всего обособилась в значительное государство. На этой почве возникли те религиозные верования, произошла та религиозная реформа, которая тесно связана с именем Заратуштры, или Зороастра.

Верховное божество персов, являвшихся зороастрийцами. Изображение с персидских памятников Ахриман, поражаемый персидским царем. С большого рельефа залы со ста колоннами во дворце пария в Персеполе. Стела с духом-охранителем ворот в Насаргадах.

Уже грекам было известно это имя, хотя его нет на персидских надписях; точно так же и Зенд-Авеста не упоминает о мидийцах и персах, хотя и говорит о мидийском городе Раги или Рага как о городе, отличающемся "великим и скверным неверием". Но существеннейшее в религиозных воззрениях, как и в языке, было тождественно у мидийцев и персов с северо-восточными иранцами. У них общий светлый бог-громовержец Веретрагна, общий бог солнца Митра; у индусов призывается в заклинаниях предрассветный ветер, здесь - чистые воды; ими так же, как и индусами признается всепобеждающая сила огня против злых духов или демонов и.

Одним словом, общая основа их религиозных воззрений оказывается настолько древней, что сложилась, по всей вероятности, еще в эпоху, предшествовавшую расселению арийцев из их первобытной родины. С именем Заратуштры, "при рождении которого демоны содрогнулись", связано понятие о наступления новой эры г. Страна, в среде которой появилась религия Зороастра, не представлялась человеку изобилующей творческими силами; знойное лето и суровые зимы, скалы и степи, хищные звери и хищные кочевники - все здесь побуждало человека к постоянной борьбе.

Вот почему закон, приписываемый Заратуштре, главной обязанностью человека - его назначением на земле - полагает борьбу с дэвами злыми духами и в их лице со всеми дурными, злыми началами и побуждает их к деятельности культурной, просвещающей и созидающей, и к чистоте, понимаемой не только в смысле внешнем как у семитов и индусовно в тесной связи с искренностью и правдивостью. Главную основу религии, проповедуемой Зороастром, составлял резкий дуализм, в область которого входит все существующее на земле.

Представителем и главой всего доброго признается светлое существо Ахурамазда Ормазд - мудрый владыка, великий и чистый; представителем всего дурного и злого - Ангро-Майнью Ахриман. В непрерывной борьбе между Ормаздом и Ахриманом и окружающими их духами принимает участие и человек, жизни и деятельности которого, таким образом, придается известное нравственное содержание. Трон Ормазда окружен шестью высшими духами, Амеша Спента, и сверх того ему повинуются еще многие другие благие духи.

У Ахримана тоже своя большая свита злых духов. Существовало представление и об особых духах-хранителях Фравашиспускавшихся на землю там, где люди сражаются. У каждого человека предполагался особый дух-хранитель, заботившийся о сохранении его жизни, и это постоянно внушало народу мысль о близости к нему божества. Религия Зороастра не допускала никаких изображений богов, и потому не создала ни кумиров, ни храмов. Реконструкция фасада зороастрийского храма.

Художественный элемент совершенно был ей чужд, но зато нравственный занимал важное место. Он выказывался прежде всего в том, что закон Зороастра внушал людям веру в окончательное торжество добра над злом: Ахриману в конце концов надлежало быть побежденным. Более того, нравственный элемент проявлялся и в обязательных для человека добродетелях, на которые указывал ему закон Зороастра. По этому закону Ормазд требовал от человека прежде всего чистоты, не в том узком и чисто внешнем смысле, в каком требует ее, например, индийское вероучение; под "чистотой" разумеется честность, твердое соблюдение данного слова и.

На основании того же воззрения бдительные и чуткие животные почитаются всеми как создания Ормазда например, защитница очага собака, петух и. От каждого человека требуется, чтобы он рано вставал, усердно обрабатывал свое поле и тщательно ухаживал за стадами; предписывается также соблюдение чистоплотности.

Самым нечистым из всего нечистого почиталось мертвое тело и труднее всего было очищение себя после прикосновения к покойнику.

Поскольку по понятиям последователей Зороастра ни огонь, ни вода, ни земля не должны были входить в прикосновение с мертвым телом, то погребение усопших сопровождалось необычайно сложными обрядами, при которых невозможно было обойтись без помощи особого сословия священнослужителей, носивших название магов.

Это сословие, по-видимому, никогда не составляло замкнутой касты, как позднее в Индии, не становилось по крайней мере, у западных племен во главе правления и не оказывало дурного, ослабляющего влияния на дух народа. Мидийцы и персы Ассирийские надписи рассказывают о целом ряде походов против страны Мадай и соседней с ней Парсуаш.

Эти походы и воинские успехи приписывались очень многим государям - Салманасару II, Тиглатпаласару II, Саргону, Синахерибу, Асархаддону, Ашшурбанапалу - и это свидетельствует только о том, что мидийцы нелегко покорялись иноземным завоевателям и умели - среди своей горной страны, местами достигающей высоты 4,5 тысячи метров - отстаивать свою независимость даже тогда, когда еще этот народ не имел одного общего вождя. Первый государь, сумевший соединить весь народ под своей властью, был Увахшатра Киаксари его власть простиралась уже на большую часть иранской возвышенности: Киаксару следует приписать и устройство мидийского войска, и возведение укреплений главного мидийского города, Экбатаны, основание которого греки приписывают некоему полубаснословному царю Дейоку.

Возрастание могущества Мидии шло так быстро, что вавилоняне постоянно должны были принимать меры к укреплению своей границы против их внезапного вторжения.

Мидия при Астиаге Персы, жившие южнее мидийцев, ближе к Персидскому заливу, вначале разделяли их историческую судьбу. Им также приходилось постоянно терпеть от грозного ассирийского могущества. И в них также сознание своей силы и доблести пробудилось именно в постоянной борьбе с ассирийцами.

Когда настало время освобождения от ига ассирийцев, персы сражались под начальством Киаксара и в полной зависимости от мидийцев. Сузы, столица Эламского государства, на территории которого первоначально поселились племена персов. Изображение на ассирийском рельефе эпохи войн Ассирии с Эламом. Персы составляли в основном сельское население, столица их Пасаргады до Кира Великого больше напоминала деревню Персидский народ делился на три племени, наиболее знатным между этими племенами считался род Пасаргадов, а знатнейшей семьей в этом знатном роде была семья Ахеменидов.

Один из представителей этой семьи вошел в союз с Киаксаром и затем с его преемником Астиагом с г. В это время персы уже успели сделать первое завоевание - покорили ближайшее к ним с северо-западной стороны древнее Эламское царство со столицей Сузы. Древнеперсидское искусство позднейшего времени Фриз с фигурами стрельцов в Сузе около г. Общеизвестному романтическому рассказу Геродота можно доверять лишь настолько, что Астиаг выдал свою дочь Мандану замуж за подчиненного ему персидского царя Камбиса.

Сын, родившийся от этого брака, был Кир, и именно с него началось процветание его народа. Возвышение Кира История этого великого человека в том виде, в каком она рассказана у Геродота - его рождение, задолго предсказанное и ознаменованное вещими сновидениями, как великое событие, эпизод его выбрасывания на съедение диким зверям и поддержание его жизни собакой животным, посвященным Ормаздунаконец рассказ о всей его юности и о пребывании в доме Астиага до той минуты, когда настанет час его возвышения, - все это повествование носит на себе такую свежесть и яркость красок, какими поэзия украшает обычно только события жизни выдающихся исторических деятелей.

Кир был истинным, желанным главой персов, предназначенным судьбой изъять их из-под власти индийцев и создать новое царство, не похожее ни на египетское, ни на ассиро-вавилонское, - царство, основанное на чисто народных, национальных началах. Он созывает старшин своего народа и в первый день заставляет их трудиться над очисткой поля от сорных трав, а на другой день угощает их пиром и спрашивает, какой из двух дней им больше пришелся по вкусу.

Он как бы предоставляет на одобрение всего своего народа то предприятие, которое им задумано, и затем уже выступает в поле, чтобы завоевать своему народу свободу. Все собранные греками сказания о Кире сводятся, в сущности, к восстанию предводителя персов против господствовавшего над ними владыки, битвы с ним на персидской территории, близ Пасаргад, и победы в г.

ХАРАКТЕР ЛЮДЕЙ ГОДА ТИГРА. Все и подробно о годе Тигра . часть 2

После победы господство над всей Западной Азией перешло к персам. Свое призвание к власти Кир тотчас же выказал почтительным отношением к сверженному им с престола государю, а также чрезвычайно разумным стремлением к примирению мидийцев с их изменившимся положением.

Не забыл он и персов, составлявших главное, надежнейшее ядро его воинской силы, и первой наградой за мужество было их освобождение от уплаты податей. На первых порах Кир выказал большую умеренность, хотя, конечно, он и не думал довольствоваться только одним покорением Мидии, да если бы и думал, то не мог бы на этом остановиться, потому что свежий и сильный народ, в котором он пробудил стремление к славе и добыче, не мог бы удовольствоваться одним первым успехом.

Распространение его власти на восток и покорение родственных иранских народов совершилось, по-видимому, легко, хотя о том и не сохранилось никаких достоверных сведений. Направить свои завоевания на запад Кир был вынужден тем государем, который с г. Лидийское царство в долгое правление Алиатта гг. Сильный и способный правитель, воспользовавшись временным установлением мирных отношений с Востоком, обратил свое оружие против греков, которые, захватив береговую полосу и устья рек, препятствовали развитию Лидийского царства.

Ему удалось завоевать два важных города: С неменьшим успехом наследник Алиатт сумел приманить к себе греков лаской и лестью: Богатые дары, посылаемые из "золотых Сард" царем Крезом в святилища греков, тоже оказывали свое влияние: Эта политика увенчалась успехом; могущественнейший из ионийских городов малоазийского побережья, Милет, вступил в союз с Крезом.

Затем он покорил Эфес и переманил на свою сторону остальные на самых выгодных условиях, потому что ему необходимо было привлечь их силы на службу своему царству.

Крез в плену Все, по-видимому, обстояло благополучно, когда внезапно разразившиеся на Востоке события - падение Мидийского царства и возвышение Персии - потрясли всю Переднюю Азию. Вместе с тем, у лидийского царя появился очень важный и требующий немедленного разрешения вопрос внешней политики: Недаром он предложил этот вопрос на разрешение высокочтимому богу эллинов Аполлону Дельфийскому Ответ от Дельфийского оракула получился двойственным по смыслу: Крез, недоумевая насчет истинного значения этого предсказания, стал готовиться к войне и набирать союзников.

Вавилония и Египет точно так же готовились к войне, как и Лидия; им тоже не по нутру было это новое, возрастающее могущество персов. Эти военные приготовления нашли себе отклик даже за морем, на европейском материке, и могущественнейший в то время город Греции - Спарта - вступил с Крезом в союз, предложенный царем в форме, весьма лестной для гордости спартанцев: Крез двинул войско и занял позицию на Птерийском плоскогорье.

Первое сражение с персами произошло, однако, не раньше -осени, и благодаря замечательному мужеству, выказанному тогда еще довольно воинственными лидийцами, сражение было нерешительным. Трудно объяснить, какими соображениями руководствовался Крез, когда приказал своему войску предпринять обратный поход в Лидию. Видимо, он считал поход оконченным и даже распустил свои наемные войска; вероятно, он надеялся, что поход будущего года, в котором должны были принять участие и его союзники, даст войне решительный оборот.

Но оказалось, что он имеет дело с недюжинным противником и с народом, который не страшится трудностей похода в суровое время года.

Оставалась только физподготовка и он по несколько часов пластал воздух тяжеленной уланской саблей, вызывая уважение невероятной выносливостью. Остальное же время - только думать, строить какие-то планы Немногословный ветеран явно ему симпатизировал - можно было понять по некоторым моментам. Сейчас же эта симпатия была достаточно явственной.

Кстати говоря, такой вот обезличенный подход к кандидатам не случаен - ротмистр Алексей Пушкарёв тот самый разговорчивый офицер пояснил: Ты пока мундир не оденешь - личинка воинская. Станешь ты уланом или нет - вилами по воде писано. Сделано это, чтобы дружба раньше времени не возникала и на отбор не влияла. Одел мундир - всё, свой! Ну а совсем своим станешь, когда в бою тебя повидают. Баня оказалась одним из этапов воинской инициации - именно так показалось Игорю.

Во всяком случае, уланы из "его" капральства мылись пусть и с видимым удовольствием, но без каких-либо Его же парили странно - отхаживали вениками с какими-то словами, явственно напоминающими заговоры.

Во всяком случае, улучшившийся слух попаданца улавливал отдельные слова и там были "Остров Буян, Бел-горючь камень, Алатырь-камень, птица Сирин" и.

Сама же баня - не фонтан, далеко не фонтан. Он и раньше не был фанатом такого времяпрепровождения даже ТАМ, а уж здесь Что такое баня по чёрному, экстремал только читал - и в реальности она ему не понравилась. Много сажи, достаточно дымно, тесно, темно, сталкиваются голые мужские фу!

Но отмылся на славу - тут ничего не скажешь. Пока он мылся, кто-то постирал его одежду, выложив вещи в карманах на лавку - всё на месте.

Взамен выдали чистые портки, рубаху и опорки - обрезанные наподобие ботинок старые сапоги. И добавил несколько поспешно: Проведя ночь как и все предыдущие на лавке, к рассвету Игорь извертелся. Нет, лавка была достаточно удобной - сантиметров семьдесят в ширину, да с постеленным войлоком - нормально, в общем, он и дома спал едва ли не на голых досках.

Дело было именно в нервном возбуждении - завтра его судьба делала крутой поворот. По какой-то причине, зачисление в полк было только после большой пьянки в трактире спервапричём трактир этот был расположен на окраине Петербурга. Идти туда рекрутам-охотникам предстояло пешком - традиции.

Лица у большинства бледные, а веселье откровенно натужное, но. Охотников не сопровождали - они добровольцы и если передумают, так вот им последний шанс отказаться.

К Игорю не лезли. Поглядывали с любопытством, но так - как бы невзначай. Долгим путешествие не было - что такое пара вёрст для молодых парней? Начали попадаться прохожие, с интересом поглядывающие на будущих улан. С не меньшим интересом пялились на прохожих и будущие воины - в том числе и попаданец. Исторические сериалы он не то чтобы смотрел Скажем так - иногда приходилось у кого есть женщина - поймут и более-менее представлял костюмы этого столетия.

Однако в фильмах они были идеально подогнанные, прекрасно сидевшие.